Монах тибетского монастыря Гьюдмед медитировал три недели … после смерти
В нашем монастыре монахи нередко подшучивают друг над другом, говорят: «Вот когда придет время умирать, тогда и посмотрим, какой ты — великий практик». В этом есть своя правда. Покуда ты жив, ты можешь казаться другим великим духовным практиком, но никому не под силу разглядеть твоих внутренних качеств, ведь у них нет ни цвета, ни формы. Однако благие свойства человека естественным образом обнажаются в процессе умирания или же после смерти. Вот почему смерть — золотое время для настоящего практика.
Я хочу рассказать вам об одном из старейших монахов тантрического монастыря Гьюдмед, который после своей кончины оставался в посмертной медитации, «тукдам», 21 день.
Три недели тому назад Ген Лобсанг Калден, 85-летний монах монастыря Гьюдмед, перенес легкий сердечный приступ. Это случилось 12 февраля, в монастыре. Его ученик повез наставника в больницу в Майсор, однако там сказали, что лечить уже поздно. Ученик тогда решил вернуть учителя в монастырь, где бы тот мог спокойно прожить остаток своих дней. Он был прав, Ген Лобсанг Калден скончался в своей келье в монастыре Гьюдмед 22 февраля в 1:55 ночи.
По тибетской традиции монахи несколько дней не прикасались к телу покойного, но при этом проводили необходимые ритуальные службы. Выполнявшие ритуалы монахи вскоре заметили, что тело усопшего оставалось таким же свежим, как и при жизни. Пять дней прошло, а Ген Лобсанг Калден все еще казался живым, и, хотя на юге Индии в это время температура поднимается до 36 градусов, его тело не источало неприятного запаха.
Через тринадцать дней после смерти Ген Лобсанга Калдена его ученику, Еше Дордже, позвонил врач-тибетец, практикующий западную медицину. Он расспрашивал о состоянии тела его учителя, который, как он слышал, по сей день находится в посмертной медитации «тукдам». Еше Дордже ответил, что не знает, в медитации его учитель или нет, однако его тело остается таким же, как было, и никакого дурного запаха нет. Врач сказал, что через тринадцать дней после смерти тело обычного человека не может не источать зловония. Так что, иного объяснения нет — учитель Еше Дорже находится в посмертной медитации «тукдам».
Врач сказал, что незамедлительно направит в Гьюдмед двух тибетских специалистов по западной и традиционной медицине. Оба изучали западную неврологию и теперь принимают участие в исследованиях посмертной медитации с благословения Далай-ламы. На четырнадцатый день после смерти врачи зафиксировали у учителя легкое сердцебиение необычной частоты, а температура его тела то и дело менялась от 20 до 30 градусов. В области сердца и желудка температура была еще выше, и эти части тела казались особенно «живыми».
Местные жители начали стекаться в монашескую келью, чтобы получить благословение почившего наставника. Среди посещавших его были и школьники, которых влекло сюда желание получить свой собственный опыт соприкосновения с уникальной буддийской традицией.
Наконец, ученик обнаружил капельку крови у носа учителя — знак его выхода из медитации «тукдам». Ученик попросил вновь провести ритуалы, и монахи увидели, как из носа хлынула кровь. Это свидетельствовало об окончательном выходе из медитативного состояния. Вскоре цвет тела изменился, и появился запах. Монахи кремировали тело рядом с монастырем, а не в обычном отведенном для этого месте.
Я знал из текстов, что в состоянии «тукдам» растворяются грубые формы сознания, связанные с пятью органами чувств, а тонкий ум, или ум ясного света остается активным и погружается в глубокую медитацию. Это и называется посмертной медитацией «тукдам». В текстах говорилось, что человек, переживающий «тукдам», ощущает то, что чувствовал бы сын, вернувшийся к матери после 50-летней разлуки. На самом деле, медитативное прохождение этапов умирания при жизни в буддийской философии метафорчески именуется «сыном», а сама смерть — «матерью». Когда они встречаются, мы переживаем ум ясного света— тот самый тонкий ум, который и переносит нашу карму из жизни в жизнь.
***
Он был очень простым и веселым монахом. Постоянно шутил. Помню, как по приглашению учеников он приехал погостить в США. Ученик как-то застал его за внимательным изучением автоматических дверей, которые то открывались, то закрывались у него на глазах. Позже он спросил ученика:
— Эти двери открываются, когда люди подходят, а потом сами собой закрываются?
— Да, — ответил ученик.
— И что, у многих американцев такие двери?
— У многих, — кивнул ученик.
— И они открываются, когда приходит хозяин?
— Верно, — подтвердил ученик.
— А что если чужак придет или вор? — не унимался учитель.
— Они все равно откроются, — ответил ученик.
— До чего ж глупые у американцев двери, — вздохнул учитель.
Лобсанг Церинг
Специально для www.savetibet.ru с надеждой, что этот рассказ вдохновит людей на практику Дхармы
Из книги геше-лхарамбы Трангу Ринпоче «Первые двенадцать дней в бардо»
«После смерти можно погрузиться в состояние медитации. Когда умирают великие практики, они могут войти в состояние, именуемое «тукдам» и так одержать победу над смертью. В этом медитативном состоянии тело продолжает сохранять тепло, и его клетки не разлагаются. Это признак того, что великий практик во время смерти вошел в медитацию и теперь может удерживать это состояние по собственной воле.
Если во время смерти мы распознаем природу ума, то не испугаемся, когда пред нами предстанут незнакомые образы, но будем знать, что умерли и распознаем все проявления смерти. Если же мы не сможем распознать смерть и ее проявления, то испугаемся и потеряем контроль над своим умом — он сорвется с цепи, и его тогда его уже не усмирить. А потому нам нужно практиковать медитацию при жизни, чтобы суметь контролировать ум в бардо.
Совершенствуясь в медитативной практике, мы сумеем во время смерти погрузиться в состояние глубокой медитации, самадхи. Без этой практики после смерти мы потеряем сознание, а когда придем в себя, столкнемся с чередой разнообразных омраченных переживаний».
Материал подготовлен Юлией Жиронкиной
взято с сайта savetibet.ru
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
